Таинственная игра

Fushigi Yuugi
ГлавнаяРегистрацияВход
Меню сайта

Реклама

Глава 40 - Столетняя любовь

К отчаянию Такико, только что пережившей смерть двух своих хранителей, она теряет ещё одного – Намаме превращается в живую воду, из которой когда-то образовался Камень жизни. Повсюду слышится гул – вода из подземных месторождений Камня жизни вырывается на поверхность и дождем обрушивается на Хоккан. Эта живительная влага достаётся всем, в том числе и солдатам Куто, и в тот же миг их раны исцеляются. А дух Намаме возрващается к жрице Анру, которая встречает его с радостью.

Хацуи замечает, что снег полностью растаял, причем наверное по всей стране. Уруки говорит Такико, что двух желаний вполне достаточно, но тут Генбу вновь начинает поглощать тело своей жрицы. Панцирь на ее спине растет, руки превращаются в когти, и Такико кричит от боли, чувствуя, что больше не выдержит… Ей, единственной во всей стране, не смогла помочь даже живая вода. И вдруг Такико слышит своего отца, который зовет ее по имени. Причем не только слышит, но и видит – отец стоит по колено в воде с ножом, вонзенным в ладонь. Видят его и хранители, и он смутно видит их всех… Эйноске объясняет, каким образом ему удалось проникнуть во «Вселенную четырех богов»: его и Такико связывает родная кровь. Он извиняется перед дочерью за то, что втянул ее во всю эту историю, и обещает ей помочь. С этими словами Эйноске вынимает нож из ладони и подносит к груди. Догадавшись, что он задумал, Уруки кричит, чтобы он не делал этого, но уже поздно: Эйноске вонзает нож себе в сердце, и Такико тоже чувствует боль в груди…

Лёжа на камнях возле пещеры, Эйноске слышит голос дочери: «Отец… Не жалей ни о чем. Я вполне довольна. Ты подарил мне такую прекрасную жизнь! Спасибо тебе большое…»

Затем Такико просит прощения у Уруки и поясняет, что отец так поступил, чтобы избавить ее от участи быть поглощенной. Уруки, вытирая ей слёзы, отвечает, что всё понимает… Такико шепчет, что больше не чувствует боли, и просит Уруки позаботиться о Хоккане. Тот говорит, что ей больше не о чем беспокоиться, раз он стал императором. Хотя это смех, да и только – ведь когда-то его называли «Демоном смертельного ветра» и разыскивали, как преступника. Уруки вспоминает, как они с Такико впервые встретились на горе Кокурэй, и как Томите охотился за ним ради награды… Такико улыбается этим воспоминаниям и благодарит за всё своих хранителей. Хацуи, Инами и Фирука плачут, склонившись над ней… А Уруки повторяет свое обещание, что Такико всегда будет для него единственной женой, и даже если они расстанутся, он все равно будет любить ее, будет искать и обязательно найдет. И больше не выпустит из объятий! Такико прижимается к нему, обещая, что навеки останется в его объятиях, и вдруг начинает петь песню – ту самую, которую когда-то пела ему на лодке: «Жизнь коротка. Люби, живи, пока не поседеют твои волосы темные, пока сердце биться не перестанет…» Уруки слушает, стиснув зубы, чтобы не разрыдаться. Эту песню, умирая, слышит и отец Такико. Он держит в руке свое письмо Осуги, а издалека к нему уже бегут люди… Едва начав второй куплет, Такико замолкает на полуслове, и все с ужасом понимают, что её жизнь оборвалась…

Уруки повторяет свои слова, сказанные когда-то после этой песни: «У Такико мелодичный голос», и вспоминает, как в тот день он впервые её поцеловал… Теперь он уже не может сдержать слёз, и только повторяет её имя… Тело Такико становится прежним – черепаший панцирь и когти исчезают, а вокруг появляется серебристый свет, который устремляется в небо. Генбу возвращается в свой небесный чертог, так и не поглотив жрицу целиком. Пока остальные хранители наблюдают за этим светом, Инами опускает голову вниз и зовет Уруки тоже взглянуть на представившуюся там картину. Стоя на дворцовой стене со жрицей на руках, Уруки видит, что весь народ на площади пал ниц перед ними – своими спасителями.

На колени пали даже солдаты Куто, несмотря на призывы некоторых командиров встать и сражаться. Они отказываются поднимать оружие на жрицу, которая спасла жизни даже им – своим врагам. Расстроенный Шиги извиняется перед принцем Хакеем за то, что не смог предотвратить вызов Генбу. В это время из Куто прибывает гонец с сообщением, что их император скончался. Хакей с истерическим смехом делает вывод: «Значит, эту войну мы проиграли!» Он намеревается вернуться вместе со всей армией обратно в Куто, но Шиги отказывается смириться с поражением, даже несмотря на то, что жрица исцелила и его рану. С диким криком он устремляется во дворец, чтобы уничтожить всех хранителей, но внезапно на него налетает человек, который пронзает его насквозь. Шиги успевает также вонзить оружие в своего противника, и с недоумением понимает, что это Хиен, которого он вроде бы один раз уже убил… Вероятно, Хиен был только серьезно ранен, а живая вода и его исцелила, и он явился отомстить. На этот раз они погибли оба. А серебряный свет осветил весь Хоккан и исчез…

Тем временем Осуги приезжает в дом своего сэнсэя, Окуды Эйноске, гда застает его мертвым. Старенькая няня рассказывает, что Такико искали всю ночь, но так и не нашли. Осуги читает письмо, которое оставил ему Окуда, и наконец узнаёт, что всё дело в книге. Он обещает своему сэнсэю позаботиться о ней, и принимается за чтение. Дочитав до конца, он понимает, что Такико во «Вселенной четырёх богов» всё-таки обрела свое счастье…

Через месяц после окончания войны между Хокканом и Куто был официально заключен договор о мире и сотрудничестве. Подписывали его с двух сторон оба новых императора – Римудо и Хакей. В Хоккане окончательно воцарился мир. Хацуи говорит, что жрица была бы этому очень рада, а Инами отвечает, что Такико наверняка всё видит… В храме Генбу ей, а также Томите, Хикицу и Намаме устроили усыпальницы, куда народ каждый день присылает всяческие дары. Туда же каждый день ходят и хранители. Инами призывает Хацуи не реветь, потому что их работа как хранителей еще не закончилась. Это подтверждают и Фирука с Тэгу: они говорят, что в разных областях страны еще бродят солдаты, и собираются вместе с людьми из клана Одо объехать эти территории. Поклонившись могиле жрицы, они уходят, а Инами, глядя им вслед, полагает, что у этих двоих точно есть хорошие перспективы на будущее. Хацуи не понимает, какие, и Инами со вздохом замечает, что он так и не повзрослел.

Хацуи интересуется, где сегодня император Римудо. Инами отвечает, что он говорил что-то о странном сне, в котором его звали на гору Кокурэй. Туда он и отправился. Глядя на то самое место, где он, скованный цепями, когда-то ожидал своей казни, Уруки вспоминает, как впервые встретил здесь Такико. И вдруг слышит голос: «Всё призраками прошлого томишься?» и замечает в горе огромные ворота, а перед ними – Таицукун. Оказывается, Таицукун вызвал его на эту гору, чтобы Уруки наконец перестал мучиться из-за смерти Такико и обрел спокойствие. За воротами оказывается пещерный коридор, который завершется дверью в большой зал. Уруки удивляется, откуда в горе могло взяться подобное место. Таицукун отвечает, что это он его создал для «тех двоих». Едва Уруки успевает спросить, каких «двоих», как попадает в зал, где его приветствуют живые и невредимые Томите и Хикицу! Уруки радостно бросается к ним, но его пальцы проходят сквозь их тела – они нематериальны. Таицукун поясняет, что эти двое отказались возвращаться к звездам, и теперь им поручено важное задание. Хикицу и Томите говорят, что остались потому, что не дожили даже до окончания войны и не смогли быть со жрицей до самого конца.

Уруки спрашивает, не встречали ли они Такико там. Переглянувшись, хранители отвечают, что нет. «Когда-нибудь ты сам её найдёшь». А пока они просят Уруки отдать им ожерелье Такико, которое он теперь носит. Таицукун объясняет, что это ожерелье было на жрице во время вызова Генбу, и поэтому в нем теперь заключена ее сила, которая проявится в свое время. Теперь это «Шиндзахо», и оно может пригодиться будущим жрицам Сузаку, Сэйрю и Бьякко. Хикицу и Томите говорят, что понимают, как трудно Уруки с ним расстаться, но все же уговаривают его отдать ожерелье, обещая, что будут защищать его. И Уруки соглашается, подумав, что Такико тоже этого бы хотела.

На прощание Томите и Хикицу желают Уруки жить как можно дольше, и как следует управлять страной. Уруки обещает, что так и будет – иначе он при встрече не сможет посмотреть в лицо Такико. Теперь он уверен, что они обязательно встретятся! Он спускается вниз, где зеленеет трава, цветут цветы и поют птицы, и сквозь длинный строй почетного караула возвращается во дворец, надеясь, что Такико тоже видит эту весну, которая наступила благодаря ей. И сколько бы вёсен ещё не прошло, отныне они будут вместе!

А в народе из уст в уста передаются рассказы о том, что третье желание жрица загадать не успела, и не пожелала счастья для себя, хотя они с теперешним императором Римудо любили друг друга. Но жрица прежде всего думала лишь о благе народа, и поэтому люди решают, что теперь им надо позаботиться о благе жрицы. И в качестве третьего желания просят Генбу, чтобы в следующей жизни жрица встретилась с Римудо и была счастлива…

Так проходит сто лет, и великий император Римудо умирает от старости. На смертном одре у него на руке тот же браслет, который он когда-то приобрел у уличного торговца: один для себя, второй, такой же – для Такико… За всю жизнь у него больше не было жены, поэтому его наследником стал правнук Фируки.

И третье желание, не загаданное жрицей, но многократно повтороенное народом, исполнилось. «Не важно когда и где, не важно в каком мире, но пусть эти двое снова встретятся, чтобы больше никогда не расставаться…»

 

КОНЕЦ

 
Глава 39 Вернуться назад
 
Герои

Форма входа


Мини-чат

Статистика
Rambler's Top100


© Fushigi-Yuugi.ru 2008-2017