Таинственная игра

Fushigi Yuugi
ГлавнаяРегистрацияВход
Меню сайта

Реклама

Дар Мерси
Глава 10. Прощения нет



Мерси встала с постели и сонная принимала душ, когда вспомнила, что случилось прошлым вечером. "О Боже, - подумала она, - а потом я уснула". Она поспешно выбралась из душа, накинула халат и побежала через свою комнату в гостиную. Его там не было. Мерси бросилась обратно в спальню, натянула джинсы, футболку, ветровку и кроссовки. Кое-как пригладив пальцами мокрые волосы, она схватила ключи, выбежала из дома и заперла дверь. Через несколько секунд Мерси уже стояла на улице, понятия не имея, в какую сторону идти. Она взглянула на часы. 7:36. Она уселась на ступеньки и попыталась оценить ситуацию. "Он отвез меня домой. Мы немножко расслабились. Нет, сильно. Я уснула. Он ушел". По мере того, как она пыталась осознать, что произошло, и почему он исчез, не сказав ни слова, не оставив никакого сообщения, Мерси начала понимать, что что-то здесь не так. Чего-то не хватало. Не хватало. Она испуганно расстегнула ветровку, словно пытаясь воочию убедиться в том, что нечто из того, что она знала, безвозвратно ушло. "Нет, Ник, только не это", - прошептала она.

Ник думал о Мерси, проходя последний поворот к ее квартире. Он увидел, что она сидит на ступеньках перед домом, подперев голову руками.

Мерси подняла голову, услышав звук приближающихся шагов. Он выглядел усталым, словно его кто-то преследовал. "Свой собственный призрак", - подумала она. Он опустился на колени у ее ног, на нижнюю ступеньку, наклонился к Мерси, положив свои большие ладони ей на бедра, затем придвинулся к ней ближе.

Ник с первого взгляда заметил страдальческое выражение на ее лице. Она знает. "Ты знала все это время?" – с ужасом спросил он. Она кивнула пару раз и посмотрела в его голубые глаза, полные боли, полные знания.

"Как ты могла вообще даже дотрагиваться до меня, зная что я…" – он не мог произнести это вслух, не мог смотреть на нее, ему пришлось закрыть глаза. Его отвращение к себе предстало перед Мерси как реальное чудовище, пожирающее его живьем изнутри прямо у нее на глазах.

"Прости меня," – прошептала она и начала потихоньку всхлипывать, пытаясь сдержать рыдания. "Я…не хотела…чтобы ты… когда-нибудь…узнал," – выдавила Мерси сквозь слезы. – "Пожалуйста… я…не собиралась..." Она дотронулась обеими руками до его утомленного небритого лица.

"Шшш. Ну перестань. Ты ни в чем не виновата." – он не понял, что она пыталась сказать. – "Чего ты не собиралась?" – спросил он успокаивающим голосом, откидываясь назад и беря ее за руку.

"Не собиралась… возвращать… тебе… твои… в…в…воспоминания," – выдохнула Мерси, отдергивая руки и скрещивая их на груди.

"Возвращать мне мои… так они были У ТЕБЯ?" Рыдая, она кивнула. "Все это время?" Она снова кивнула. "И ты знала, что они были у тебя?" Мерси еще раз кивнула, не поднимая глаз. Ник долго молчал. "Ты просто…хранила их? Или ты могла…" – он не знал, как задать этот ужасный вопрос.

Мерси глубоко вздохнула и попыталась как-то успокоиться. Она посмотрела ему прямо в глаза и сказала: "Я помню твои воспоминания как свои собственные."

"О Боже," – со стыдом произнес он и отодвинулся от нее, пытаясь представить, как она могла жить с таким мраком в своем сознании. "И давно?"

"Уже четыре месяца."

Мерси схватила его за руку прежде чем он успел отойти от нее, и сказала с улыбкой, проглядывающей сквозь слезы: "Ты не можешь уехать."

"Почему это?"

"Твоей машины нет. Смотри!" – она указала на другую сторону улицы, где была припаркована его машина. Ник посмотрел в ту сторону и выругался, усмехнувшись. "Пойдем ко мне домой, и ты сможешь узнать, куда она подевалась," – ласково предложила Мерси и завела его в дом. "Почему бы тебе не подняться наверх и не принять душ? Я думаю, что у меня найдутся кое-какие вещи, во что ты сможешь переодеться, а я пока позабочусь о твоей машине." Она поднялась вместе с ним наверх, нашла для него в бельевой комнате свежее полотенце и бритву. Мерси наблюдала, как Ник, двигаясь словно зомби, направился в ванную.

Вдруг он почувствовал, что его обхватили сзади. Маленькие ручки Мерси обвились вокруг его талии, ее щека прижалась к его спине.

"Все будет хорошо. Я клянусь тебе," – отчаянно пообещала она. Накаго зажмурился от боли, которую причиняли ее слова.

"Мерси, - спокойно сказал он, - не будет ничего хорошего до тех пор, пока Тенкоу не уберется из этого мира. И уже никогда ничего не будет по-прежнему." Мерси медленно убрала свои руки, и он ушел в душ, даже не оглянувшись на нее.

Она вышла в прихожую и вытащила его ключи из кармана куртки, которую он оставил на кресле вчера вечером. Затем Мерси проскользнула вниз, в гараж, открыла багажник машины Ника и достала сумку, которую он взял для того, чтобы задержаться в офисе. Бросив ее на кровать, Мерси закрыла дверь спальни и стала ждать его в другой комнате, работая над своим последним проектом. Наконец вода в душе умолкла, и Мерси услышала, как открылась дверь ванной. Наступила продолжительная тишина. Мерси слышала, как он вернулся в ванную, а когда дверь снова открылась, она улыбнулась себе под нос, сидя за рабочим столом, и принялась сверлить дырочку в следующем блестящем темно-коричневом жёлуде. Ник пришел на звук.

"Где моя машина?" – спросил он угрожающе.

"В моем гараже," - невинно ответила она, даже не поднимая глаз от своего занятия.

"А мои ключи?"

"Они в твоем распоряжении, после того как ты немного отдохнешь и у нас будет возможность поговорить о стратегии и всем остальном. Конечно, ты можешь просто позвонить своему помощнику или даже вызвать такси, но это означало бы признать поражение, не так ли?" Она сдунула пыль с просверленного отверстия в желуде, прекрасно понимая, что ничто не сможет удержать его здесь, если он захочет уйти. Несколько минут он молчал.

"Послушай, - сказала она, откладывая свою работу, - я уверена, что теперь, когда к тебе вернулись твои воспоминания, я вызываю у тебя такое же раздражение, как и во Вселенной четырех богов. Должно быть, ты очень сердишься на меня за то, что я не сказала тебе, что по всей вероятности ты – перерожденный Накаго. До тех пор, пока я не встретила тебя, я не знала, что храню твои воспоминания, но каждый раз, когда ты приближался ко мне, я чувствовала, что тебя притягивает к ним как магнитом. Я не знала, как можно вернуть их тебе, я не хотела, чтобы они вернулись к тебе. Изучив тебя уже достаточно хорошо, я могу сказать, что ты имеешь полное право не доверять мне, но все-таки должна быть какая-то причина, по которой твои воспоминания оказались у меня, должна быть причина, которая привела тебя в Хэмптон Фаундейшн."

Ник стоял и слушал ее. Наконец, когда она закончила, он произнес: "Теперь я понимаю, почему ты всегда избегала меня, почему ты так часто уклонялась от меня. Ты правильно делала, что боялась, зная все это. Разве сейчас ты не боишься быть со мной наедине? Зная, что я – это он?"

"Избегала? Я была не очень-то уклончивой прошлым вечером, тебе не кажется? Боялась? Может, мне должно было быть страшно, но единственное, чего я боялась, это причинить тебе ту боль, которую ты испытываешь теперь. Тебе следовало бы гордиться тем, какой жизненный путь ты избрал в этом мире, при том, что он начался также горько, как и прежде. Если бы твоя жизнь была какой-нибудь другой, в ней бы не было никакого успеха."

"Что ты знаешь о горечи и успехе? Тебе двадцать один год, ты хорошо пристроена и ужасно избалована." Его голос был беспристрастным, но это не уменьшало колкости его слов.

Мерси вскочила с кресла. "Накаго, - сказала она, придвигаясь вплотную к его лицу, вытягиваясь как струна, - если ты жил двумя жизнями, то я жила твоей, своей и тысячами других, используя свой дар. Больше никогда не говори мне, что я не знаю, что такое быть человеком." Он вздрогнул, когда она назвала его этим именем.

"Тогда ты, лучше чем кто-либо другой, знаешь, кем я был, что я сделал. Мои руки слишком грязны, чтобы касаться тебя," – мрачно произнес он.

"Эти руки? – спросила она с сочувствием, обхватывая его правую руку своими ладошками. – Это та рука, которая держала руку матери, когда она целыми днями плакала после смерти твоего отца, или та, которая прикладывала лед к синякам на ее лице после визита очередного неудачного дружка? Или может быть, это рука, которая с ожогами второй степени пыталась открыть окно трейлера, после того как умерла последняя надежда разбудить твою маму. Еще это рука, которая вытирала слезы маленькой Синди Фолей, когда ее младшего братика усыновили без нее. Это руки, которые ободряюще хлопали по спине, даруя утешение и поддержку тем, кто в этом нуждался, руки, которые подписывали чеки на благотворительность, руки, которые показали мне, какими могут быть любовь и страсть."

Ник высвободил свою руку из ладоней Мерси и обхватил ее запястье. "Они принесли смерть большему количеству людей, чем помогли. Однажды ты сказала мне, что они должны быть красными от крови, крови тех людей, которых я ранил так или иначе. Со вчерашнего вечера мои руки оказались по локоть в крови, которая никогда не отмоется. Меня преследует демон, и этот демон – я сам."

"Разве ты не понимаешь? Ты всегда был им. Накаго и Ник – это одно и то же. У всех есть надежда на искупление, каждая душа стоит того, чтобы за нее бороться, даже умереть за нее, каждая до единой." Она взяла его за руки. "Ник, не отталкивай меня теперь, у нас все еще осталось много незавершенных дел."

Ему и не хотелось сейчас никуда уходить. "Похоже, что ты превзошла меня."

"Звучит как комплимент из уст самого синьора Макиавелли," - заметила Мерси с беспечным видом. Она уже притащила кресло из прихожей в комнату, которую она любила называть своей "мастерской", и указала на него: "Садись."

Ник уселся рядом с Мерси, изучая предметы, разложенные на ее истертом деревянном столе. В отличие от других комнат, которые он раньше видел в ее доме, в этой комнате была строгая и рабочая обстановка. Большой стол был покрыт коробочками, корзиночками, шариками и подносами, в каждом из которых лежал разноцветный бисер и различные заготовки. Кроме этого по столу были разбросаны крошечные инструменты, паяльная лампа и другие непонятные вещи. Поблизости стояли два столика поменьше, на них были разложены нити бисера и другие изделия; он предположил, что это образцы. На стенах, не занятых окнами, висели деревянные полки. Они были украшены короткими нитями бисера и несколькими законченными ожерельями. Мерси наблюдала за Ником, пока он осматривал все это.

"Иногда я не могу правильно подобрать композицию, тогда я складываю ожерелья туда, чтобы иногда смотреть на них. Даже если я никогда не придумаю, как их завершить, я все равно черпаю идеи из моих ошибок."

"А почему все ожерелья из желудей лежат здесь?" – спросил он, указывая на полку, висящую над столом.

"Это модели, над которыми я работаю с тех пор, когда была маленькой, но до недавнего времени я не могла доделать их правильно. Вот это мне помогло," – сказала она, открывая полированную коробочку из розового дерева и передавая Нику. Он застыл, когда увидел, какое сокровище лежит внутри.

"Судзаку но…" – произнес он с изумлением, вынимая сверкающее темно-красное перышко.

"Ага. Я нашла его в своей палате в больнице после аварии. Это случилось четыре месяца назад." Мерси расстегнула ветровку и задрала футболку, так что показался кружевной краешек ее нижнего белья, изгиб ее груди и шрам длиной около десяти сантиметров, который пересекал ее грудную клетку. "Вот откуда у меня шрам. Это вовсе не от того, что ты пальнул в меня."

"Так вот почему ты…" Ник потянулся к ее шраму, но опустил руку прежде чем дотронулся до Мерси. "Это одно из твоих изделий?" – спросил он, показывая на ожерелье, которое висело у нее на шее. Она непроизвольно дотронулась до ожерелья нерешительным жестом, словно обдумывая, стоит ли ему рассказывать.

"Я сделала его из морских стеклышек, - наконец сказала она, - меня вдохновил один сон."

"Сон?" – он положил перо обратно, закрыл коробочку, и Мерси снова принялась за работу.

"Мм-мм. Ты мне снился примерно за неделю до того, как мы встретились."

"Хмм, это больше похоже на кошмар, - сказал он с легкой улыбкой, - я прошу прощения за все, что я там сделал. Но почему морские стеклышки? Я напоминаю тебе разбитую бутылку?"

Мерси улыбнулась, несмотря на то, что была слегка ошарашена. "Ты в последнее время смотрелся в зеркало?" – спросила она, протягивая Нику одно из зеркалец, лежащих на столе. Молодой человек внимательно изучил свое отражение. "Никаких трещин," – торжественно сообщил он.

"Твои ГЛАЗА, ты, ненормальный. Они голубые, как морские стеклышки," – мягко добавила Мерси. Ник отложил зеркало и оглядел ее задумчивым синим взглядом. Мерси подняла глаза и обнаружила, что он разглядывает ее, слегка смутилась и сказала: "Не обольщайся, Накаго, это всего лишь старые бутылки из-под Bromo Seltzer, отшлифованные волнами."

"А сейчас что ты делаешь?" – спросил он, пытаясь увести разговор от этих своих проклятых глаз. Она и правда была самой непредсказуемой женщиной.

"Загляни вон в ту коробочку," – предложила Мерси, указывая на сигарную коробку, стоящую перед ней. Внутри лежали просверленные желуди. Ник достал один из них, любуясь красивым темным цветом и безупречно гладкой поверхностью. Шляпки желудей были разложены отдельно, и они были меньше, чем те, которые ему приходилось видеть. На открытой крышке коробочки был прикреплен образец ожерелья, где Мерси обвила золотой проволочкой гладкую нижнюю часть ореха, обернула шляпку в золотую фольгу, аккуратно подсунув ее в каждую щелочку. Проволочка проходила сквозь ядро ореха и прикреплялась петелькой к тоненькой золотой цепочке. В ожерелье вплетались темно-зеленые бусинки из нефрита и жемчуга, и канареечное перышко. Крошечные нити золотой проволочки были продеты сквозь бусинки и обернуты вокруг перышка.

"Это великолепно," – произнес Ник, очарованный несмотря на суматоху, которая творилась в его сознании.

"Спасибо," – ответила Мерси, не скрывая удовольствия.

"Ты делаешь его для кого-то?" – поинтересовался он, находя ожерелье неотразимым и желая посмотреть на него в законченном виде.

"Это для Миаки." Мерси взглянула на Ника. "Младшая сестренка Тамахомэ сделала такое же для нее, но оно пропало. Это было традиционное свадебное ожерелье для невест в их районе," – закончила она грустным шепотом.

Он замер. Внезапно он вспомнил, как мучил Миаку, когда швырнул ее на стену в своей палатке в стране Генбу. Неуклюжее ожерелье, которое было надето на ней, порвалось, рассыпая на пол желуди и перышки. Он вспомнил, что собирался сделать, вспомнил агонию в голосе Тамахомэ, когда встретился с ним после этого. Ник знал, что скоро ему придется увидеться с ними.

"Они никогда меня не простят, - грустно сказал он. – Если бы кто-нибудь так обращался с тобо…с той, кого я люблю, я бы никогда его не простил." На этот раз замерла Мерси, от его мрачного голоса и самокритичных слов.

"Накаго, - спросила она решительно, - ты когда-нибудь раскаивался или жалел о том, что сделал во Вселенной четырех богов, или как Накаго здесь, в этом мире?"

Он выдержал ее взгляд. "С того момента, как ты показала мне всё, что я натворил, всё, что я потратил впустую, я только и делал, что сожалел об этом."

"Тогда ты уже прощён."

"Ты действительно веришь в это?" – спросил он, не в силах поверить сам.

"Всем своим сердцем. Прощение – это дар сострадания, который дается каждому, кто в этом нуждается, не важно, заслуживает он этого или нет," – торжественно заявила Мерси.

"Но откуда я это узнаю?" – спросил он с обеспокоенным видом. "Откуда я узнаю это, если я даже не могу увидеться и поговорить с людьми, которых я…"

"Возможно, они никогда не простят тебя, Накаго, но, может быть, однажды ты поймешь, что ты уже прощен Всевышним, и простишь сам себя," – спокойно произнесла она, доставая следующий желудь. Ник думал о том, что сказала Мерси, наблюдая за ее работой. Через некоторое время он протянул руку, осторожно вынул из ее пальцев небольшое сверло и поставил перед собой маленькую корзиночку с желудями.

"Покажи мне, как ты это делаешь," – тихо попросил он. Показав Нику, как сверлить дырочки в желудях, Мерси взяла себе золотую проволочку и пару плоскогубцев. Они работали в тишине, изредка нарушаемой только каким-нибудь комментарием или вопросом, касающимся ожерелья. Ближе к обеду Мерси сладко потянулась, в то время как Ник притворялся, что не смотрит на нее, и подошла к телефону.

"Ты будешь пиццу с грибами и колбасой?" – зевая, поинтересовалась она.

"Я полагаю, мне не придется тебе напоминать, что к тому же я люблю кофе," – рассеянно пробормотал он, сражаясь с упрямым желудем.

"Я знаю все твои пристрастия," – весело сообщила Мерси, набирая номер.

Ник взглянул на нее с улыбкой, таящейся в уголках губ. "Возможно, в этом всё же есть и положительная сторона."

"Только если пользоваться своим преимуществом," – ответила Мерси и продиктовала заказ и адрес по телефону.

"Я больше этого не делаю."

"Не делаешь что?" – спросила она, кладя трубку.

"Не пользуюсь преимуществом."

"А деловые переговоры не в счет?" – сухо поинтересовалась она. Ник почувствовал, как в ответ его губы складываются в усмешку.

"Спасибо," – тихо произнес он.

"За что?"

"За то, что не позволила мне чувствовать себя виноватым." Мерси слегка кивнула, принимая его благодарность, и они вернулись к уже почти законченной работе.

Прошло несколько минут, когда Мерси спросила: "Как ты думаешь, что нам теперь делать?"

"С Тенкоу?"

"Мм-мм." У нее были свои собственные соображения, но ей было очень интересно, что он ответит.

"Мы должны как можно скорее поговорить с Такой и Миакой о вызове четырех богов. Если Сузаку-но-сейши где-то рядом, их притянет к Сузаку-но-Мико и они проявят себя, кому бы ни принадлежали их воспоминания," – сказал он, бросая взгляд на Мерси.

"Лучше я сделаю это одна," – твердо заявила она. – "Я не думаю, что они были бы очень рады увидеться с тобой."

"Мерси, я должен буду вскоре с ними встретиться."

"Ладно, но сначала позволь мне подготовить почву. Я могу поехать вперед и вызвать тебя, когда путь будет свободен, так сказать."

В дверь позвонили, Мерси спустилась вниз, достала деньги из своего бумажника, лежащего на столике в прихожей, и открыла дверь. Снаружи стоял молодой человек, держа в руках пиццу.

"Пожалуйста, с вас 19-96," – сказал он, расстегивая молнию на сумке с пиццей.

Она протянула ему 25, заметив с дружелюбной улыбкой: "Должно быть, ты новенький в Mama, еще не успел поразвлечься?"

"Только сегодня приступил к работе. А вы симпатичная и хорошо даете чаевые, а то мне обычно с этим не везет." Он толкнул Мерси в холл, вошел следом и захлопнул за собой дверь. Поднявшись с пола, Мерси бросилась к лестнице, во все горло вопя: "НАКАГООО!!!" Она оглянулась назад, чтобы пнуть незваного гостя, и выругалась, когда увидела, что он превратился в отвратительное чудовище, похожее на собаку с дьявольским оскалом. Она побежала вверх по лестнице, чувствуя обжигающие языки пламени на своей спине. Ник появился на верхней лестничной площадке, вытягивая вперед руку с криком: "НЕТ!" Огромный шар яркого голубого пламени вырвался из его ладони и ударил чудовище. Оно упало с протяжным воем, превращаясь снова в молодого человека, прежде чем исчезнуть.

Мерси взглянула на Накаго и моргнула. "Твой знак," – прошептала она, дотрагиваясь до его лба, на котором теперь мерцал голубым светом его символ. Он тоже моргнул.

"С тобой все в порядке?" – обеспокоенно спросил он, притягивая Мерси к себе и обхватывая ее руками. Она чуть не задохнулась. Он ослабил свои объятия и взглянул на ее спину, заметив кровь, которая просачивалась сквозь ее футболку с правой стороны. Футболка была разорвана. Накаго раздвинул порванную ткань, обнаружив под ней три кровавых рубца. Мерси попыталась рассмотреть свою спину через плечо, но не смогла ничего увидеть.

"Немного жжет," - призналась она сквозь зубы.

"Где у тебя аптечка?" – спросил он, заметив ее бледность.

"Наверху, в бельевой комнате." Накаго поднял Мерси на руки, стараясь не задеть ее раны, и зашагал вверх по лестнице. Он осторожно усадил ее на кровать и принес аптечку. Приподняв Мерси футболку, он молча уставился на ее спину.

"Все еще болит?"

"Нет, вроде бы прошло."

"Мерси, твоя одежда порвана и окровавлена, и я видел, как он схватил тебя, когда мы были внизу на лестнице, но теперь на тебе нет ни царапины." - Он опустил ее футболку. - "Я думаю, что пришло время навестить Таку и Миаку. Похоже, что Тенкоу нанес нам первый удар."


Глава 9 Фанфики Глава 11
Герои

Форма входа


Мини-чат

Статистика
Rambler's Top100


© Fushigi-Yuugi.ru 2008-2017